Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

foto

Предваряющее объявление

Я заканчиваю роман, который планирую опубликовать (сначала у себя на сайте) ближе к концу этого месяца. Называется "Четыре овцы у ручья". Предполагаю, что он может возмутить многих. И хотя то же самое можно сказать примерно обо всех моих книгах, тут дело обстоит несколько иначе: затронуты святые персоны – великие каббалисты и цадики (рабби Акива, Рашби, Аризаль, рабби Нахман из Бреслева и другие).

Поэтому сразу предупреждаю читателей, что перед ними не историческое исследование и не «житие святых», но мое личное, сугубо частное мнение, с которым вовсе не обязательно соглашаться. На первый взгляд, повествование здесь ведется от имени разных персон, хотя и от первого лица. Но это не так: во всех без исключения главах говорит один и тот же человек – вернее, одна и та же душа – живая, страдающая, постигающая мир и путешествующая по нему в пространстве и времени к последнему великому пределу, который и есть беспредельность.
foto

О долге

В продолжение темы долга антисемитской Европы перед моим народом.
Меня иногда спрашивают: когда ты перестанешь талдычить об этом? Сколько можно? Вон, смотри: те повинились, эти поставили памятник; те сажают в тюрьму за отрицание Холокоста, эти открыли музей; те заплатили миллиарды репараций, эти восстановили синагоги для заезжих туристов и раз в месяц реставрируют на старых еврейских кладбищах поваленные надгробья (которыми еще не успели замостить тротуары).

В общем, доколе? Неужто этот долг настолько велик, что его не оплатить никогда?

Отчего же, друзья, не все так безнадежно. Долг и в самом деле огромен, и отнюдь не ограничивается Катастрофой. Помимо этого он включает в себя еще и такие памятные события, как Йоркская резня и Прирейнский геноцид, кровавые наветы, уничтожение еврейских общин во времена Крестовых походов, грабежи и изгнания из Англии, Франции, Испании, Португалии и Германских земель, насильственные крещения, жутчайшие злодеяния казаков Хмельницкого и гайдамаков Гонты-Зализняка, погромы в Российской империи, ужасы Гражданской войны и еще много-много чего. Немало, правда ведь? Это и в самом деле очень плохие новости. Но есть и хорошие. Весь этот неподъемный долг можно выплатить, и я даже скажу вам - как.

Примите гиюр - всей вашей антисемитской Европой. Сделайтесь евреями - все, поголовно. Согласитесь, в этом есть, по крайней мере, историческая логика: ведь если бы не перечисленные выше "шалости" ваших предков, евреи, с их высокой рождаемостью и любовью к детям, были бы сегодня самым многочисленным народом континента. Вот и восстановите справедливость. Не надо извиняться перед евреями - просто СТАНЬТЕ ими.

И тогда, уверяю вас, уже никто не предъявит вам счет за былые преступления. Напротив: долговые расписки окажутся в ваших, цепких и памятных еврейских руках.
foto

(no subject)

Вести с суконных полей

Партия политического покера близится к перелому. Как я и предсказывал больше месяца тому назад, БпАН согласился уступить Беннету первый год премьерства в ротации. Нет ничего лучше, чем сидеть за покерным столом напротив параноика: он непременно сморгнет раньше других.

Однако, беда БпАН заключается в том, что помимо паранойи, он страдает еще и хореическим гиперкинезом, известным в народе как «пляска св. Витта», то есть не в состоянии принять никакого, даже самого очевидного решения, не дернувшись сто раз во все стороны поочередно. Вместо того, чтобы закрыть сделку с Беннетом и Сааром еще три недели тому назад, он посвятил все отведенное ему время подкожно-нарывным подкопам против тех, с кем, по идее, должен был договариваться. Примерно ту же историю мы наблюдали сразу после самых первых выборов этого бесконечного цикла, когда БпАН три с половиной недели «оставлял на потом» Либермана, чтобы опомниться в последний момент, когда поезд уже ушел не только далеко, но и надолго.

Не оставил он свои «гениальные» штучки и на этот раз. Вчерашней надеждой нашего гиперкинетического хоря стал рав Тау – влиятельный «хардальный» раввин, внезапно потребовавший от Смотрича отступить от принципиальной позиции неучастия в коалиции, которая опиралась бы на исламистов. Видимо, БпАН хорошенько пометался между раввинскими резиденциями, потому что тем же утром рава Тау поддержали еще и несколько других раввинов. Но нет, не сработало: после экстренного заседания в доме рава Друкмана (признанного духовного вождя «вязаных кип») Смотрич объявил, что его партия остается на прежнем месте. Лишь после этого БпАН вышел к микрофонам, чтобы объявить о согласии на ротацию с Беннетом, которую еще совсем недавно называл нелепой фантазией.

Вот только теперь этого уже недостаточно, ведь до окончания срока мандата у БпАН остались всего сутки с небольшим. В этой ситуации Беннету нет никакой необходимости открывать карты, и в своем ответном заявлении он лишь повысил ставки. Видимо, БпАН ожидал, что семимандатный лидер, благодарно виляя хвостом, примет его предложение и тут же объявит о безвозвратном переходе на сторону Ликуда. Этого не произошло. Беннет последовал примеру Смотрича, оставшись точно там, где был и прежде. Есть ли смысл менять стратегию, которая приносит успех?

Вопрос на следующем этапе заключается в том, кто получит право на очередной мандат: Беннет или Лапид? Вполне возможно, что блок БпАН будет вынужден поддержать передачу мандата первому, дабы избежать опасность создания правительства с участием второго. Ведь мандат у Беннета оставляет за гиперкинетическим хорем хоть какую-то надежду остаться в здании на улице Бальфура – пусть и на худших условиях, чем те, которые были вполне достижимы еще три недели тому назад. Мандат у Лапида, скорее всего, означает конец (в лучшем случае, пятые выборы с крайне неочевидным исходом).

Забавно, что этого человека, совершившего все возможные и невозможные ошибки, рабо-фанаты именуют «гениальным шахматистом» и «непревзойденным политиком»...
foto

Тик-так...

Он что, разогнал еще и визажистов? Именно такая мысль возникала при взгляде на бледно-серую физиономию политического полутрупа БпАН, когда он вышел отвечать на простое и деловитое заявление Нафтали Беннета, в котором тот заново подтвердил прежнюю линию своей партии: Ямина отдает предпочтение правому правительству, но при невозможности оного – правительству единства, где за блоком Беннет-Саар останется право вето по ключевым вопросам.

Он что, разогнал всех, кто способен удержать его от явной политической ошибки? Это было второй напрашивающейся мыслью. Если уж ты такой БОЛЬШОЙ-ПРЕБОЛЬШОЙ пятидесятидвух-мандатный Голиаф, то подобная перепалка с крошечным семимандатным Давидиком немедленно возводит последнего в ранг равного тебе по силе противника. Если уж ты презрительно утверждаешь, что претензии Беннета на кресло премьера необоснованны, есть ли смысл обращаться к нему, как будто тот уже уселся туда? «Речь Нетаниягу, – справедливо заметил обозреватель Амит Сегаль, – выглядела так, будто он уже находится в оппозиции и критикует действующего главу правительства».

Зачем же тогда? Неужели только для того, чтобы еще стопицот раз повторить жалкую мольбу о прямых выборах – мольбу, не имеющую ни одного шанса на исполнение, по крайней мере сейчас, ДО передачи мандата Лапиду? Вряд ли: за БпАН никогда не числилось излишнего оптимизма – напротив, этот человек склонен к излишней паранойе.

Единственная возможная причина заключается в том, что отчаявшийся премьер обращался через голову Беннета в мягкое подбрюшье партии Ямина – к тем, кого заведомо тошнит от мысли о политическом сотрудничестве с МЕРЕЦ. Обращался к неоднократно оболганной и униженной им самим Айелет Шакед, обращался к авторитетным раввинам «вязаных кип», к правому флангу непокорной группировки Беннета и Саара. Это как раз очень похоже на БпАН – раньше ему не раз и не два удавалось расколоть лагерь противника. Вернее, не «ему», а его посланцам – ремеслом политического подкопа и подрыва всегда занимались за него другие, умелые диверсанты и интриганы.

Да вот проблема: сегодня эти умельцы пребывают как раз на стороне семимандатного паренька с бедной пращой и двумя-тремя камнями в руке. И их ответный удар последовал незамедлительно – удар поистине страшной силы, по сравнению с которым отчаянные старания одинокого серолицего Голиафа не тянут даже на комариный укус.

Уже на следующий вечер в прессу попала крайне своевременная утечка с переговоров по линии Лапид-Либерман-Саар-Беннет. Согласно этой информации, стороны достигли согласия по вопросу, который еще день назад казался неразрешимым. В потенциально возможном правительстве Беннета-Лапида отношения религии и государства будут строиться в полном соответствии с линией либеральной раввинской организации «Цоар» под руководством рава Става.

Что это значит на практике? Ортодоксальный раввин Давид Став – сторонник умеренно либеральной линии в вопросах гиюра и инспекции кашрута. Первое не может не нравиться многотысячной части израильского общества – детям и внукам тех, кого считали евреями на доисторической родине и отказываются признать таковыми на родине исторической. Второе наверняка найдет отклик в сердцах примкнувших к Ямине «шульманов» – хозяев киосков и ресторанов, уставших от поборов инспекторов государственного раввината. Само собой, Давид Став и его соратники становятся неоспоримыми фаворитами на должности Верховных раввинов Страны и на другие ключевые позиции в государственном раввинате.

Если говорить о «мягком подбрюшье», то это именно тот удар, который абсолютно нестерпим для партий Яадут ха-Тора и ШАС, чья политика строится в первую очередь на сохранении владычества в раввинате и фактического господства в сферах кашрута, гиюра и службы ультрарелигиозной молодежи в ЦАХАЛе. Именно на этом – и только на этом – основывается поддержка, которую они оказывают нынешнему премьеру. В отличие от ликудовских верноподданных рабов, которые готовы следовать за своим кумиром, куда бы тот ни направил свою серую физиономию, ЯТ и ШАС, поставленные перед выбором «раввинат или Нетаниягу», без каких-либо колебаний выберут первое и распрощаются со вторым.

Нет никаких сомнений, что в оставшиеся полторы недели на БпАН будет оказываться беспрецедентное давление со стороны религиозных ортодоксов. С их точки зрения решение очевидно: премьер обязан уступить Беннету и Саару первенство в ротации и таким образом обеспечить устойчивое правое правительство, где сохранится удобное для харедим статус-кво в вопросах соотношения религии и государства. И, само собой, Бецалель Смотрич, опирающийся в основном на «хардалим» (харедимная ветвь «вязаных кип») полностью согласен с таким подходом. «Мягкое подбрюшье» нетанияговского блока бурлит и пучится от несварения: если уж что там никак не переварить, так это Давида Става в раввинате.

Всего лишь за один день, вследствие всего лишь одного точно рассчитанного удара «блок верных» БпАН уменьшился с 52 до 30! Можно ли не восхититься политическим мастерством Саара и Элькина? А что касается «мягкого подбрюшья» Беннета, то поддерживающие его раввины могут только приветствовать предлагаемые перемены – многие из них полностью разделяют либеральные взгляды рава Става. То же следует сказать и о секулярной части электоральной поддержки Беннета, которая, не желая расставаться с еврейским характером Страны, поддерживает умеренную либерализацию в вопросах отношений религии и государства.

Похоже, у «гениального шахматиста» просто не остается выбора, кроме как принять условия Нафтали Беннета: ротация (Беннет первый) и глубокие реформы в экономике и судебной системе. Тик-так. Тик-так. От четырех недель вот-вот останутся считаные дни. Стрелки часов неумолимо приближают БпАН к порогу «либо-либо». Либо смиренно продолжить политическую жизнь под руководством ненавистного Беннета, бок о бок с ненавистным Сааром и ненавистной Шакед – либо, говоря простонародным языком, сыграть в ящик, то есть выбрать гордую, но малоутешительную политическую смерть. Потому что, сдается мне, после истечения срока его мандата, количество оставшихся «верных» тут же сократится с 30 до 20, если не до 15.
foto

«4П» в действии

Собственно, уже по характеру вчерашнего теракта у баррикад Капитолия было понятно, каким ветром его надуло. Благочестивые воины «самой мирной религии» планеты предпочитают собственноручно отрезать неверным головы, а потому крайне неохотно прибегают к огнестрельному оружию, взрывчатке и прочим дистанционным методам убийства (ну разве что выпадает шанс завалить какой-нибудь особенно важный символ нечестивого Запада, типа башен-Близнецов или Пентагона).

Поэтому, когда сообщили, что, наехав на охранников и врезавшись при этом в бетонаду, отморозок выполз из своей боевой колесницы с ножичком в руке, сомнений в его религиозной и идейной принадлежности не осталось ни у кого, кроме прогрессистов из фейковых новостных сетей (так, MSNBC почти сразу сообщило городу и миру, что террорист – «белый самец»). Но поскольку разновидностей исламского джихадистского зверья развелось нынче больше, чем крыс в даунтаунах Окленда и Сан-Франциско, кое-какая неясность еще была.

Кто он, свежий потребитель затраханных до невозможности райских девственниц? Головорез из «Исламского халифата»? Браток из «Братьев-мусульман»? Хизбалон из «Хизбаллы»? Хамец из «ХАМАСа»? Долбоеб из «Талибана»? Дырдыровец из Чечни? Посланец иранских аятолл? Черный дикарь из «Боко Харам»? Сомалийский пират? Нигерийский людоед? Суннит? Шиит? Араб? Перс? Пенджабец? Пуштун? Хауса? Канури? Сонгай?.. Вариантов, как видите, уйма, но ни один из них не соответствует данному конкретному инциденту.

Пристреленный полицейскими бешеный пес с идентификатором Ноа Грин, 25-летний выпускник одного из университетов Вирджинии (по специальности «Финансы») определял себя приверженцем «Нации Ислама» – не новой, но набирающей сейчас обороты американской версии негритянского джихадизма. При всем (исключительно зоологическом) уважении к нигерийским убийцам, сочетание «самой мирной религии» с движением BLM на фоне левого сумасшествия сегодняшних Соединенных Штатов Америки выглядит куда более опасным для накренившейся над пропастью цивилизации Запада.

Обрисую вкратце основные черты черного лица «Нации Ислама», возглавляемой в настоящий момент патологическим антисемитом по имени Луис Фаррахан. Во-первых, Аллах сотворил человека из черной глины, а потому именно негры являются носителями Божественной святости. Белая раса выведена искусственно черными учеными и не несет в себе ничего позитивного – лишь насилие, обман и аморальность. Благодаря этим своим качествам белые свиньи подчинили себе благородных черных детей Аллаха и с тех пор нещадно эксплуатируют их и принижают. Но недолго осталось радоваться неверным белым мерзавцам! Вот-вот зависнет в небесах над Америкой «Материнский Космолет», и спустившиеся из него небесные негры воздадут наконец беляшам по заслугам. Белая раса будет полностью уничтожена, и на земле воцарятся мир и благоденствие…

Вот такие прибамбасы звенят ныне в самом сердце великого американского проекта... Должен заметить, что моя повесть-памфлет «Последняя песня перед потопом» («4П»), законченная этим летом, описывает примерно такое же развитие событий. И вот что я вам скажу, дорогие друзья: жутко видеть собственный памфлет превращающимся в живую реальность прямо перед твоими глазами. Жутко.
foto

Невезучий классик

Ивритского поэта Шауля Черниховского дважды выдвигали на Нобелевскую премию по литературе. Увы, в 1935 году она не вручалась вовсе, а двумя годами позже досталась Роже Мартену дю Гару за многотонную «Семью Тибо». Как показывает практика, лауреатство в этой области, где специалистом является каждый (в отличие от более сложного футбола, в котором досконально разбирается всего лишь мужская половина человечества), определяется, в основном, не качеством литературы, а качеством лоббирования.

Шмуэлю-Йосефу Агнону в этом смысле повезло: его лоббировал сам Эдмунд Вильсон, признанный понтифик мировой литературы середины ХХ века. Как известно, императора должен короновать ни кто иной как Папа Римский, и Вильсон, ведущий критик и литературовед Америки, друг Набокова и автор книг по европейской и русской литературам, полностью соответствовал этому высокому званию. А вот выдающийся культуролог, иерусалимский профессор Йосеф Клаузнер, который продвигал Черниховского, обладал куда меньшим авторитетом – отсюда и результат.

Не повезло Черниховскому и с динамикой языка, на котором он работал. Его иврит – ашкеназский, с другой лексикой, с иными ударениями и окончаниями – очень далек от современного общепринятого варианта. Лишь по этой причине Черниховский практически забыт: не только школьники, но и студенты просто не понимают, как это должно звучать. А между тем, стихи его замечательны. Я очень ценю Агнона, но, на мой непредвзятый взгляд, Шауль Черниховский заслуживал Нобелевки ничуть не меньше.

Я намереваюсь время от времени публиковать тут переводы его стихов – с целью широкого знакомства узкого круга моих русскоязычных ФБ-друзей с этим выдающимся, но очень невезучим ивритским поэтом.

Шауль Черниховский
НА РУССКОМ ПОДВОРЬЕ

На Русском подворье разинула пасть
Германская пушка-бедняжка.
Угрюмо глядит на британскую власть
И тихо вздыхает: «Да чтоб вам пропасть!..
Да как же я в плен умудрилась попасть?..»
Молчит и кручинится тяжко.

На Русском подворье дежурно скорбят
Кресты православного бога.
Паломницы в чёрном с макушки до пят
Слоняются, молятся, плачут, сопят,
Мамаши ведут золотушных ребят –
Припасть к неродному порогу.

На Русском подворье торчит из земли
Кусок византийской колонны.
В расщелины камня колючки вросли,
Сгорел Колизей, легионы ушли,
И тихо покоятся в мягкой пыли
Обломки имперской короны.

На Русском подворье туман, тишина.
Послушно закат догорает.
Здесь, девственно чисты, лежат времена,
Забылись границы, угасла война,
Живые на вечность глядят из окна,
И мёртвые смерти не знают.

На Русском подворье не сыщешь корней
В чужих черепках и обломках…
Под мусором сгинувших стран и царей
Тебя поджидает земля, и на ней
Лишь ты, вавилонского гама сильней,
Построишь дворец для потомков.

Иерусалим, 1936
(перевод с иврита Алекса Тарна)
foto

Куняев о Бродском

Вчера заглянул в оглавление нового номера журнала «Отчий край», а там: “Куняев о Бродском”. И, грешным делом, не удержался, полюбопытствовал. Так и есть: некоторые вещи в этом мире всегда остаются прежними (в том числе и Станислав Юрьевич). Вроде и пишет человек о стихах, но на уме у него постоянно сами знаете кто.

Начинается с того, что эти “сами знаете кто” – натуральные бесы (в пушкинском смысле): «Пилигримы Бродского из последних сил бредут в неведомую даль, как дети несовершенной и враждебной им цивилизации, созданной их же руками, как вереница искалеченных и обездоленных её детей, вернее, изгоев человеческого гетто. Так и хочется спросить: “Сколько их? Куда их гонит?”».

Дальше – больше. Это «некое агасферово братство» – не только «полчища крыс, повинующихся дудочке могущественного и лукавого крысолова», но и «послушные овцы», создатели «цивилизационного, рукотворного ада, созданного, видимо, их же руками». Осторожное слово «видимо» Станислав Юрьевич употребил, поскольку, видимо, не уверен, что «рукотворное» творится именно руками.

В дальнейшем бесы, крысы, овцы, агасферовы братья и сотворители ада представляются Куняеву и вовсе странно: «как ополчение, бредущее под руководством монашеско-рыцарских орденов — тамплиерского, францисканского, бенедиктинского…» Это поистине революционное соединение «агасферов» с католическими монахами выглядит настоящим новшеством – но лишь для тех, кто не в курсе, что исчадия ада в принципе совместимы со всем плохим, ужасным и невыносимым для православной души.

«Но это не просто солдаты. Это хорошо обученные наёмники, – предупреждает напоследок Станислав Юрьевич. – Пилигримы Бродского не имеют отечества… У них нет ничего кровного, родного. Это механические супермены цивилизации».

Что тут скажешь? Главное-то Куняев забыл, причем забывчивость эта вдвойне заметна ввиду даты публикации в Журнальном Зале (как раз накануне агасферного праздника Песах). Они еще и подмешивают в мацу кровь православных младенцев! Собственно, за этим-то адско-бродские пилигримы и пускаются в путь-дорогу! Как же это Вы столь важный момент опустили, уважаемый Станислав Юрьевич? Но не беда: вот допишу и сразу отправлюсь на ловлю младенца. Тесто, понимаете, уже готово, а младенцы не отпилигримлены, нехорошо. У меня тут через вади как раз монастырь: зовет колокольным звоном... Уж не Вы ли там трезвоните, бьете в тревожный набат спасения человечества ради?
foto

Из Киплинга

Думаю, самое время привести здесь свой старый перевод стихотворения Р. Киплинга. В новых обстоятельствах оно звучит особенно актуально. Моим американским друзьям.

За дочь и за жену,
За всё, чем свят и жив,
Восстань и встреть войну,
И Гунна у межи.
Твой мир разрыт и смят,
Разграблен, осквернён...
Куда ни кинешь взгляд –
Руины, сталь и стон.

Лишь заповедь Отца
Стучит в твоем виске:
"Дай мужество сердцам
И силу дай руке."

Ты снова слышишь речь,
Что слышал испокон:
"Свистящий страшный меч
Всему теперь закон."
Ты прежней нитью сшит
Со всеми, кто готов
Рубить, давить, душить
Неистовых врагов.

Комфорт, богатство, смех,
Утехи и мечты
Растаяли во тьме -
Остался только ты.
Чтоб встретить ужас дня,
Нагого, как напасть,
Чтоб, мужество храня,
Не дрогнуть, не упасть.

Лишь заповедь Отца
Стучит в твоем виске:
"Дай стойкости сердцам
И силу дай руке."

Надежды ложной пшик
Не выведет к заре -
Лишь жертвенность души
На жадном алтаре.
На всех нас потому -
Судьба и жизнь одна.
Как выжить одному,
Коль рушится Страна?
foto

Венский Михалков

На стогнах Вены кутерьма,
как в Дантовом аду –
бежит Махмуд, бежит Фатьма,
стреляют на ходу.

Мухаммад тащит пулемёт,
за ним – его зверьё.
«Аллах ахбар! – кричит урод, –
здесь всё теперь моё!

Мои – Женева и Москва,
Гаага и Марсель,
а синагога и церква
пусть катятся отсель!

Когда-то, в прошлые года,
я Вену взять не смог.
Теперь все ваши города
накрыл исламский смог.

Теперь вы – пища для ворон –
нет прежних королей,
лишь только Меркель да Макрон –
один другой подлей.

Мы вас за память тех обид
раздавим, как клопов,
и сложим сотни пирамид
из ваших черепов!»
foto

В доме молитвы

Стихотворение, написанное восемнадцатилетней еврейской девушкой, родившейся в протестантском Кенигсберге и выросшей в католическо-иудейском Ковно (с перерывом на православный Саратов).

Лея Гольдберг
В доме молитвы

Чужого бога лик, туманный и приветный,
Плеснул мне в душу сладкий тёплый яд,
Как проблеск радости в печали безответной,
Как свет Бейт-Лехемский поверх ночных преград.

Звон колоколен близких, пыл чужих молений
Зовут меня и манят с детских лет…
Как удержать от преклонения колени?
Как не предать святой отеческий завет?

Монашек искренних смиренные поклоны,
И мать, и сын в сиянии короны
Мне сердце трогают, как сладостный елей.

Но слышу шёпот предков непреклонный:
Не для тебя слеза чужой мадонны,
Не для тебя беспечность матерей!

1929

(перевод с иврита Алекса Тарна)