Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

puzzleExists

Смеёмся и плачем

(история одного израильского шлягера)

А было так. В 1890 году на западном берегу Ярдена несколько еврейских семей заложили мошаву и назвали ее Мишмар Ха-Ярден. Среди отцов-основателей Мишмара числится, между прочим, некто Яаков-Цви Фейглин, пра-прадед нынешнего отца-основателя партии Зеут. Богатыри, не мы... Место выбрали рублевое – на дороге Цфат-Дамаск (ныне 91-е шоссе), в шести километрах от Рош-Пины, на южном краю долины Хула. Проблем, конечно, было множество (как и у других еврейских мошавов по всей Эрец-Исраэль): малярия, эпидемии, неумение, голод, а пуще всего – постоянные грабежи и нападения наших добрых соседей, особо обострявшиеся в периоды массовых арабских волнений.

В 30-е годы в мошаву приехала жить группа бейтаровской молодежи, сторонники Жаботинского, что сразу превратило Мишмар Ха-Ярден в идеологически нежелательный (с точки зрения господствовавшей в Стране мапайной клики) элемент. Среди прочего, бейтаристы рассчитывали превратить мошаву в базу для своих тренировок, что, конечно, выглядело наивно, учитывая традиции тесного сотрудничества социалистов с властями, когда дело касается ликвидации идеологических конкурентов. В итоге «фашисты Жаботинского» повторили судьбу НИЛИ, то есть были арестованы по доносу (хотя и не повешены, как герои НИЛИ Лишанский и Белкинд).

Однако не прошло и семи лет, как в Мишмаре вновь появились приверженцы Бейтара – на сей раз, солдаты-евреи, демобилизовавшиеся из британской армии после окончания WW2. Это окончательно решило судьбу мошавы. Невзирая на ее крайне важное стратегическое положение (дамасское шоссе рассматривалось тогда как главная ось сирийского вторжения), бен-гурионовская Хагана фактически отказалась помочь «фашистам» в решающий момент сирийского штурма. Отбив две атаки арабов, мошава пала 10 июня 1948 года в ходе третьего сирийского наступления. 14 ее защитников погибли, 39 попали в плен.

По условиям перемирия, заключенного год спустя между новорожденным Израилем и Сирией, территория мошавы возвращалась под израильский суверенитет. Сирийцы трактовали договор в том духе, что земля вдоль Ярдена становится необитаемой нейтральной полосой; наши – что евреи могут обрабатывать поля мошавы. Впрочем, вызволенные из плена (по тому же перемирию) мошавники-бейтаристы зря надеялись, что им вернут их законно приобретенные участки: бен-гурионовские соколы не собирались и дальше терпеть здесь бейтаровское гнездо. Так на развалинах мошавы Мишмар Ха-Ярден возник кибуц Гадот (до 1954 года – Говрим) с идеологически правильным населением.

Из-за отмеченной разницы в трактовках договора кибуцникам пришлось более чем нелегко. Сирийцы, чьи укрепленные позиции находились на Голанах, а также и в считанных метрах от реки, постоянно обстреливали Гадот. А когда Сирия приступила к работам по переброске вод Ярдена в иорданские водохранилища, что справедливо рассматривалось Израилем как casus belli, положение кибуца и вовсе стало аховым. В ответ на израильские бомбежки строительных работ сирийцы отвечали артиллерийским обстрелом Гадот. На территории кибуца были размещены бетонные трубы двухметрового диаметра, изготовленные специально для Всеизраильского водопровода, – в Гадоте они играли роль бомбоубежищ. От трубы к трубе передвигались по сети выкопанных в полный рост окопов.

Так и жили аж до Шестидневной войны 1967 года. Временами, когда сирийцам становилось вовсе невмоготу, они обрушивали на Гадот огонь всей своей голанской артиллерии (обнаруживая тем самым ее местоположение). Так случилось, в частности, в апреле 67-го, когда Хейль Авир сбил 6 новеньких сирийских МИГов. Пока ЦАХАЛ чухался и вылетал на подавление вражеских батарей, в кибуце не осталось ни одного целого дома. Никаких «Цэва адом» и «Кипат барзель» тогда не было и в помине, так что реагировали на пристрелку. Перед тем, как начать работать в полную силу, сирийские артиллеристы делали пять-шесть выстрелов на «недолет-перелет», и только минут через пять, внеся коррективы, приступали к полномасштабной бомбежке. Вот в течение этих-то пяти минут кибуцники Гадот и стекались по окопам в свои погреба и бетонные трубы. Дети Гадот в течение четырех недель перед войной почти не выходили из убежищ.



Ну а в июне 67-го с этим было покончено – о чем, собственно, и говорит написанная тогда же песня. Автор слов, Йовав Кац, провел в Гадоте некоторое время, когда в 1958 году приезжал туда помочь коллегам-кибуцникам (сам-то он происходит из весьма благополучного и богатого кибуца Наан). Впечатления от жизни под постоянными обстрелами остались у него надолго. В Шестидневную войну Кац командовал разведротой танкового батальона в дивизии Ариэля Шарона. На Синайском фронте бои закончились в трехдневный срок, и дальше солдаты, прильнув к транзисторам, слушали, что происходит на севере. Узнав о захвате Голан, взволнованный Йовав Кац сел на землю в тени джипа и в течение получаса набросал слова песни, которая стала шлягером немедленно после первого исполнения. Другой такой удачи у него не было.

Ты смеёшься и плачешь
слова: Йовав Кац
музыка: Давид Кривошей

Последние взрывы ушли на восход,
накрыла долину истома…
и девочка вышла в руины Гадот
взглянуть на развалины дома.
Обрушилась крыша, и тополь прилёг…
Ах, мама, что всё это значит?
Ни дома, ни кукол, и папа далёк…
А мама смеётся и плачет:

Ах, дочка, на горы взгляни и поверь –
их облик не так уж неласков…
Там пушки по-прежнему есть, но теперь
они повернулись к Дамаску.

Базальт на Голанах, как раньше, седой,
но нынче там наша удача:
там знамя Давида сияет звездой,
там папа смеётся и плачет.
Когда он вернётся с победой домой,
всё будет, дочурка, иначе –
ни мин, ни снарядов, ни смерти самой…
Ну что ж ты смеёшься и плачешь?

Закаты красны и восходы нежны,
и свежи поля меж ручьями…
Они будут, дочка, вдвойне зелены
без пушек, нависших над нами.

Петляет Ярден, как подвыпивший дед,
он тоже смеётся и плачет…
И воды его наш враждебный сосед
уже не свернёт и не спрячет.
Ярден то припустит, как конь-исполин,
то встанет, как старая кляча…
Теперь он, дочурка, для наших долин…
Ну что ж ты смеёшься и плачешь?
Ну что ж ты смеёшься и плачешь?

(пер. с иврита Алекса Тарна)

Хава Альберштейн:


Яфа Яркони:


Изхар Коэн:
puzzleExists

Монолог командира роты

Ноябрь 94-го. Я готовлю свою роту к Ливану, к боевой смене в «буферной зоне безопасности». Это уже не учения. Это настоящий враг, настоящая война. И, пока мы готовимся, в буферной зоне происходят несколько инцидентов. Инцидентов, прямо скажем, неприятных, даже постыдных для ЦАХАЛа и для Страны.
Подразделение Хизбаллы пробирается в форт Длаат, расположенный прямо напротив Бофора. Хизбаллоны ранят нескольких наших солдат, втыкают в бруствер свой флаг, грамотно отступают и уходят без единой потери. Само собой, всё это фиксируется на видео и рассылается затем по всем мировым телевизионным сетям и каналам. Это выглядит нашим позором, это действительно наш позор, и, что хуже всего, Бофор с Длаатом – то самое место, куда моя рота должна заступить через неделю – другую.
Collapse )
puzzleExists

Позор в генеральских погонах

Те, кому желательно осквернить память о Катастрофе, делают это самыми разными способами, но мемориал Яд ВаШем неизменно является для них излюбленным местом исполнения задуманных пакостей. Кто-то, заявившись туда, наряжается проституткой и испражняется на бело-голубое знамя с магендавидом. Кто-то напяливает маски животных и рыб, дабы выразить – непременно на фоне памятника миллионам сожженных евреев – свою солидарность со стейками, кебабами и гефилте-фиш. А кто-то, вырядившись в парадную военную форму с генеральскими погонами, публично зачитывает антиизраильскую телегу, которая составила бы честь самым отмороженным ублюдкам из BDS и «Шоврим Штика».
Collapse )
puzzleExists

Плечом к плечу

Как многие русскоязычные евреи, я рос, лелея в душе символы новой еврейской воинской доблести. Моими кумирами были непобедимый стратег Моше Даян, триумфатор Шестидневной войны Ицхак Рабин, дерзкий полководец Ариэль Шарон. Вы, конечно, помните этот гордый анекдот про «меняем трех наших генералов – дженераль Моторс, дженераль Дайнемикс и дженераль Электрик на трех ваших: дженераль Даян, дженераль Рабин и дженераль Шарон»… Вот каковы они были, эти великаны – круче всех мощных суперкорпораций, вместе взятых!
Collapse )
puzzleExists

Если по сути...

Последние два-три дня пресса судорожно пытается создать видимость «всеобщей поддержки»… – но чему? Кому?

Для простоты объектом выбран раматкаль Айзенкот, хотя он-то раздражает людей в наименьшей степени, в отличие от заведующего министерством обороны генерала Дундука, продолжающего по своему обыкновению бубнить на одной и той же, усвоенной еще в кибуцном коровнике ноте: «Все критики – враги, лишь я один прав – сейчас, в прошлом и будущем». Раздражают парламентарии, раздражают судьи, раздражают обозреватели, раздражает нелепый президент, раздражает явно растерявшийся флюгер, установленный по недоразумению не на крыше, а в кресле Главы правительства Израиля.
Collapse )
puzzleExists

Посодют али не посодют?

Вчера в программе новостей Второго канала был показан еще один репортаж, составленный на основе материалов, записанных скрытой камерой ребятами из «Ад кан».

Напомню, так называет себя группа добровольцев-энтузиастов, которая поставила своей целью открыть миру то, что происходит за розовой гладью внешне благонравных фасадов «правозащитных» организаций израильской левотни. Прямым итогом предыдущего расследования «Ад кан» стал январский выпуск авторской программы Иланы Даян, разоблачивший гадостные методы «правозащитного» людоеда Эзры Науи и его помощников из финансируемых гуманной Европой бандформирований «Та-айюш» и «Бецелем».
Collapse )
puzzleExists

Маленькая иллюстрация...

...на тему о том, кто здесь на самом деле правит.

Всем вам, без сомнения, известно, чем занимается «правозащитная» организация «Бецелем»: борьбой с поселениями, преследованием арабов, желающих жить в мире с евреями и, конечно, изготовлением тенденциозных и клеветнических отчетов, служащих незаменимым горючим для всевозможных антиизраильских акций, направленных на бойкот, изоляцию и конечную ликвидацию еврейского государства.
Collapse )
puzzleExists

Мистер Блабла и генерал Дундук

По сложившейся традиции, за безопасность Страны во время военных кризисов и волн террора отвечает «тройка»: глава правительства, министр обороны и начальник Генштаба. При этом последнее слово обычно остается за премьером; бывало, для простоты израильские лидеры даже сокращали одну из вершин треугольника, оставляя министерство обороны себе.
Collapse )
puzzleExists

День, когда позвонит папа

На лестничной площадке нам встретилась соседка с верхнего этажа. Я всегда слышу ее издали, потому что на соседке висит очень много всяких золотых цепочек, и браслеты тоже. И еще кольца, но кольца не звенят, а цепочки и браслеты очень. А еще у соседки шлёпки с блестящими ремешками. Когда она ставит ногу на ступеньку, то сначала слышится такой жирный шлепок: шлёп! А потом сразу цепочки и браслеты: бряк-дзынь, дзынь-бряк! И снова: шлёп!.. бряк-дзынь!.. шлёп!.. дзынь-бряк!..
Collapse )