alekstarn (alekstarn) wrote,
alekstarn
alekstarn

Category:

Крах и Мандельштам - возможно ли?

В продолжение предыдущей темы. Пришел сегодня вопрос… или не вопрос даже, а замечание… точнее, даже - не замечание и не вопрос, а завуалированное такое возражение, – именно так, наверное, следует трактовать его заголовок: «просто спрошу». Просматривается в этом «просто» некая добрая и уверенная улыбка: мол, достаточно «просто спросить» - и тут же рассеется неверный дым жаботинских пророчеств.

Вот он, вопрос-возражение - в формулировке уважаемого siberianlarch:

просто спрошу:
потерпело ли крах гениальное творчество Мандельштама, гениальное творчество Пастернака, говорившего о делах 49-52 годов, что "это вагон не моего поезда", и гениальное творчество лютеранина (-? не помню точно вероисповедание) Бродского?


Что ж, отвечу тоже просто: да.

Да, потерпело.



Проще всего тут было бы отнестись к краху житейскому, личному: как-никак Россия сгубила одного из них, затравила другого и изгнала третьего. Такой ответ был бы вполне правдивым фактически. В то же время он не совсем точен по сути. Ведь Жаботинский имел в виду иные виды краха: он утверждал, что еврейское легионерство не принесет добра ни русской литературе, ни еврейству.

Последнее очевидно: современной ивритской литературе было бы более чем полезно, когда бы гении Мандельштама, Пастернака и Бродского работали на нее, а не на чужого враждебного дядю. И такая ситуация была вполне возможной - примером может служить хотя бы уроженка Саратова, ровесница Осипа и Бориса - великая Рахель. Таким образом, с точки зрения ивритской культуры, подобная бессмысленная трата сил представляет собой огромную потерю, крах.

Но и русская литература не осталась в выигрыше! Мандельштам, Пастернак и Бродский – не русская, а переводная поэзия. Вы ведь не назовете русским поэтом Гарсиа Лорку только потому, что на русском существуют гениальные переводы А.Гелескула? Так и стихи упомянутой троицы представляют собой перевод на русский откровенно еврейского мироощущения – ощущения единства и взаимосвязанности мира в каждой его мелочи.

Это чужая, абсолютно несвойственная русской литературе нота остро чувствуется (хотя и не всегда осознается) и русским читателем, и русским литератором. Поэтому упомянутые гении никогда не будут в России предметом консенсуса: на хор обожателей из ЛЛР всегда найдется и хор порицателей из ЛЛР – и правы будут последние, а не первые!

Правы же они потому, что мощный каток Мандельштама, Пастернака и (в куда меньшей степени) Бродского начисто подмял под себя естественную традицию русской поэзии с ее – хотел написать «идеалами», а вышло - идолами отчаянного греха, истового покаяния и честной любви к отеческим гробам, с ее языческим вниманием к частностям: к трелям соловья, одинокому парусу и коршуну над лугом.

Кого же тот каток оставил после себя? Робкую толпу подражателей, перепевцев, ушибленных собственной мелкотравчатостью и вторичностью, чтоб не сказать второсортностью. Любопытно, что лучше всего «уцелели» как раз поэты-женщины – потому лишь, что виадук, построенный гениальной Цветаевой, протянулся к ним прямиком от Пушкина. В отличие от мужских - чуждых русской традиции - автострад Мандельштама, Пастернака и Бродского – могучих, двадцатиполосных, но ведущих к совсем иным мирам, высотам и глубинам.

Да, они переводили себя на русский. Но это не должно никого вводить в заблуждение - русскими литераторами они не были. Обратите внимание, за что цеплялся Бродский в своем непрекращающемся бунте против собственного еврейства (как он представлял это – естественном бунте Ицхака против Авраама) – за русскую литературу? Какое там!.. - За Одена! Его, англичанина, почитал Бродский своим ментором и духовным отцом – его, а не «византийский дух» русской традиции, к коему относился с нескрываемым отвращением.

Пастернак, с его вечной заботой о выживании, выдавливал-таки из себя насквозь фальшивые строфы насчет обожания баб и слесарей, но даже в них оставался куда ближе к Рильке, чем к Анненскому, Блоку, Тютчеву и Пушкину. Глыба же поэзии Мандельштама вообще несопоставима ни с чем, кроме текстов Танаха. Его шепот и в самом деле родился «прежде губ» и прежде языка – любого, и русского в том числе.

Ну и хорошо ли теперь русской поэзии, раздавленной великанскими ступнями чужих гениев? Скоро ли взойдут на ее скромных лужайках новые есенинские лютики? Ох, не знаю. Одно для меня бесспорно: вмешательство гигантов-легионеров привело ее к тяжелому нынешнему кризису, к пусть временному, но – краху. В точности как и предсказывал сто лет тому назад Владимир Жаботинский.

Subscribe

  • Штаны со складкою

    Давайте поговорим о психологии «массы» – во всяком, случае, некоторой ее части. Массу неспроста сравнивают со слабой женщиной, утверждая, что и та, и…

  • Свастика под трилистником

    Прочитал о некой ирландской литераторше, которая запретила переводить на иврит и, соответственно, издавать в Израиле свой модный роман-бестселлер –…

  • Потепление планеты Враньё

    Профессор Фредерик Зейтц, скончавшийся в 2008-ом в возрасте 96 лет, был одним из выдающихся ученых современности, пионером в области физики твердого…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 64 comments

  • Штаны со складкою

    Давайте поговорим о психологии «массы» – во всяком, случае, некоторой ее части. Массу неспроста сравнивают со слабой женщиной, утверждая, что и та, и…

  • Свастика под трилистником

    Прочитал о некой ирландской литераторше, которая запретила переводить на иврит и, соответственно, издавать в Израиле свой модный роман-бестселлер –…

  • Потепление планеты Враньё

    Профессор Фредерик Зейтц, скончавшийся в 2008-ом в возрасте 96 лет, был одним из выдающихся ученых современности, пионером в области физики твердого…