June 18th, 2020

puzzleExists

Не могу дышать!

(за эту вот безделицу меня на месяц отстранили от ФБ, чтоб он пропал)

«Не могу дышать…» – прохрипел он, перед тем как вернуть душу Богу – который, будем надеяться, сможет заново употребить эту вечную субстанцию для наполнения иного, более достойного человеческого материала. Что и говорить, смерть от удушья под коленом чересчур ретивого копа вряд ли можно приветствовать, хотя министерство финансов наверняка, пусть и втайне, считает иначе. Ведь каждый вдох мистера Флойда (а успел-то он надышать будьте-нате) стоил американским налогоплательщикам как минимум нескольких центов, потраченных на продуктовые талоны, благодаря которым этот бездельник весьма неплохо питался, на помощь матерям-одиночкам, которых он бросал, обрюхатив, на борьбу с наркотиками, которые он ревностно потреблял, и на предотвращение грабежей и мошенничества, которыми Большой Джорджи занимался в свободное от героиновой отключки время.

Тем не менее, жизнь есть жизнь, и она, как правильно замечал некий советский писатель, дается людям не для того, чтобы им было мучительно больно под чьим-то удушающим коленом – даже учитывая вышеупомянутую экономию бюджета. К тому же, я и сам чувствую некоторую солидарность с теми, на чьих футболках сегодня написано «Не могу дышать…». Потому что, представьте, тоже «не могу».

Collapse )
puzzleExists

Отряды черных и пейсатых...

(вторая крамольная заметка, которая окончательно решила мою судьбу на Цензорбергеровской полянке)

С неделю тому назад, в свойственной ему манере освещая события в Штатах, Д.Л. Быков написал следующие строки: «Немудрено, что сразу в Штатах возникла бунтов череда, отряды черных и пейсатых громят и грабят города». Конечно, «пейсатых» – так антисемиты называют религиозных евреев – в отрядах американских погромщиков не было и в помине. Однако упрекать г-на Быкова в неточности давно вышло из обыкновения: он весь одна сплошная «неточность» – некогда экстравагантная, но вот уже несколько лет как просто скучная. Далее в стихе («Новая Газета», Сопоставительное) следовала длинная жалоба на то, что на инертной родине г-на Быкова подобной пассионарности, к несчастью, не наблюдается. Свое творение он завершает весьма пессимистически: «Хотите вы, как в Миннесоте? — спрошу с ухмылкой деловой. Ну что ж поделать. Отсосете. Вам это делать не впервой»… Пародия называется: 

«Чёрный буревестник»

Не слыша злобных пересудов,
потехой душу веселя,
отряды чёрных зильбертрудов
громят окрестности Кремля.

Дубинку верную заныкав,
чтоб бить витрины бутиков,
идёт пейсатый Дима Быков
в отряде чёрненьких быков.

Он столько хрени набуровил,
сморозил столько ерунды…
Теперь, мятежный, хочет крови,
кричит: «Вперед! За мной, жиды!

Вперед, на штурм самодержавья!
Дай полный газ, на встречный ряд!
Нам не пристала доля рабья!
Вперёд, пейсатый мой отряд!»

Collapse )
puzzleExists

Спрячь меня под своим крылом...

Перевод одного из самых известных стихотворений Хаима Нахмана Бялика. Давно хотел за него взяться, но все никак не получалось. Простые стихи трудны в переводе.

Стань мне матерью, стань сестрой,
Под крылом приюти, согрей,
Будь гнездом для моей тоски,
Для неслышной мольбы моей.

В час вечерний, смиренья час
Отвори моих страхов дверь;
Говорят, где-то юность есть –
Где она теперь?

Отпусти мне мой тайный грех:
Я сгораю среди огней;
Говорят, где-то есть любовь –
Что мне делать с ней?

Обманул меня свет звезды,
Не осталось ни снов, ни грёз;
Я как нищий на всех ветрах –
Гол и бос.

Стань мне матерью, стань сестрой
Под крылом приюти, согрей,
Будь гнездом для моей тоски,
Для неслышной мольбы моей.

1905

(перевод с иврита Алекса Тарна)


По поводу адресата этой грустной и нежной лирики есть существенные разночтения. Жена поэта была уверена, что он обращался к ней, разочаровавшись в подруге, подруга полагала ровно наоборот.

Стих неоднократно положен на музыку. Вот вариант Мики Габриэлова в исполнении Арика Айнштейна:

puzzleExists

Обычные люди

Доступен к скачиванию мой новый (исторический) роман "Обычные люди" о современном периоде становления еврейского ишува в Эрец-Исраэль. Он предназначен в первую очередь для тех, кто не хотел бы путать «Хашомер Хацаир» с «Хашомером», «Хапоэль Хацаир» с «Хапоэлем», «Хакибуц» с кибуцем, Шохата с Резником, Маню Вильбушевич с Манькой-налетчицей, Лукачера с Лукачем, а Вторую и Третью волны алии с, соответственно, «Колбасной» и «Сырной».
Как я обнаружил, разные степени такой неосведомленности свойственны не только жителям диаспоры или новым (и относительно новым) гражданам Израиля, но также и тем, кто окончил здесь местную школу.

Хотелось бы также надеяться, что книга будет интересна и более продвинутому в историческом плане читателю, поскольку от традиционной компиляции общеизвестных фактов ее отличает еще и авторская версия чисто человеческих мотивов, которые двигали действующими лицами – пусть и знаменитыми, но, в конечном счете, обычными людьми, а вовсе не эпическими гигантами и идеальными героями, какими их частенько представляют.