foto

(no subject)

Дорогие владельцы Кинделов, Айфонов и прочих читалок, а также читающие по старинке (то есть - с экрана РС)!
Желающие приобрести мои электронные тексты - как те, которых пока еще нет на пиратских сайтах, так и те, которые уже плавают (обычно - в искореженном виде) по всевозможным флибустам, либрусекам и журнальным залам, приглашаются на мой сайт "Холмы Самарии" (а выехавшие на ПМЖ в Facebook - в тамошний магазин).
foto

Штаны со складкою

Давайте поговорим о психологии «массы» – во всяком, случае, некоторой ее части. Массу неспроста сравнивают со слабой женщиной, утверждая, что и та, и другая подыскивают себе Мужа, Лидера, Вождя, руководствуясь сходными мотивами – сознательными или нет. Одна поэтесса, имени которой я не привожу из соображений милосердия, написала (конечно, не следует путать авторшу с лирической героиней):

Целуй мои руки
целуй мою грудь
целуй все тело
сладкое
защитником будь
и добытчиком будь
и носи
штаны
со складкою.
Я слабая женщина
мне нужны
большие
родные
мужские штаны.


В свое время я написал на это пародию, которую вы тоже здесь не увидите по причине ее полнейшей непечатности. Но сам оригинал вспомнился мне сегодня именно в контексте темы «масса-женщина». Конечно, на этапе №1 (выборы/ухаживание) в адрес массы/женщины желательно делать беспрестанные комплименты, щедро дарить цветы/обещания и «целовать» в чувствительные места, в «сладости» коих она свято убеждена. Но затем отношения нормализуются, поцелуйная романтика мало-помалу стихает, и на первый план выходят качества «защитника-добытчика» и, особенно, «штанов со складкою» как ходячего (буквально) символа защиты, добычи и жизненной опоры (этап №2).

При этом обладатель штанов далеко не всегда действительно защищает и добывает. Частенько он даже близко не оправдывает возложенных на него надежд, оказываясь и слабее, и глупее, и бесполезнее женщины/массы. Иногда сукин сын даже поколачивает и насилует бедняжку. Но – парадоксальная вещь! – женщина/масса продолжает терпеть рядом с собой это ничтожество в штанах, вместо того чтоб надавать мерзавцу скалкой по сопатке и выкинуть к чертовой матери из своей жизни. «Хоть какой, а свой… другого-то нет… остальные еще хуже… бьёт значит любит…» – думает она, всхлипывая и замазывая белилами синяки.

Однако самое интересное наступает на третьем этапе, когда волею судеб Штаны-со-складкою слетают с трона Мужа/Вождя. В сердце женщины/массы невесть откуда возникает горькая тоска по ушедшему. Неважно, как и куда именно он запропастился – в гроб, в тюрягу, в бега, в отставку, в оппозицию… – но теперь оставшаяся без Штанов-со складкою женщина/масса вдруг одним махом забывает и побои, и паразитизм, и полнейшую бесполезность своего экса – забывает и принимается усиленно тосковать по нему и его штанам, наделяя их совершенно фантастическими в своей идеальности качествами.

При желании можно применить вышеописанную схему к любому примеру взаимоотношений «масса-Вождь»: хоть «советская масса-Сталин», хоть «российская масса-Путин», хоть «корейская масса-Ким», хоть «китайская масса-Мао», хоть «ликудная масса-Нетаниягу», но нам-то ближе сейчас последняя – о ней и речь.

Оговорюсь, впрочем, что массы тем женственней, чем меньше в них здорового индивидуализма. Скажем, индивидуалистская британская масса бестрепетной рукой отправила в отставку самого Уинстона Черчилля, только что увенчанного лаврами величайшей победы над фашизмом. Мне также трудно представить наличие возлюбленных Штанов-со-складкой где-нибудь во Франции или в США. А вот у нас – поди ж ты – подобная «женственная слабость» оказалась не только возможной, но и чрезвычайно живучей.

Как видно, многие израильтяне еще не так далеко ушли от Украины и Марокко, Волыни и Курдистана, Балкан и Кавказа, Трансильвании и Египта, хотя о выходе из последнего читают ежегодно. Читают, кстати, ни разу не упоминая при этом имя Моше Рабейну – нашего, бесспорно, самого главного вождя. Ребята, величайшему вождю в истории нашего народа даже не было дозволено взойти вместе с массой в Землю Обетованную! Почему, как вы думаете, даже место могилы его неизвестно? Неизвестно оно для того, чтобы даже самые тупые и женственные из нас зарубили на своем горбатом шнобеле: не в вождях дело. Не в вождях! Какого же беса вы так отчаянно цепляетесь сейчас за полы пиджака своего маленького кумирчика?

Обратите внимание, с каким придыханием говорят о своем опальном Вожде нынешние бибисты. Если до его отставки (этап №2) еще можно было сплошь и рядом услышать от них: «Биби, конечно, не ангел, но…», то с переходом на этап №3 налицо совершенно безудержная и бесстыдная идеализация, хоть нимб приклеивай на поредевшую шевелюру. Теперь уже «Биби, конечно, ангел, без каких-либо но», и разговорчики в строю о былых недостатках Кумира приравниваются к предательству.

Любопытна и другая деталь: ценностная ориентация женщины/массы смещается с области ее собственного жизненного блага в область личного блага Мужа/Вождя – вернее, первое неразличимо сливается со вторым. Синяки и семейные беды заботят такую женщину существенно меньше, чем перспектива потери мужа; так же и бибисты заранее готовы на утрату властных позиций своей партии ради простой верности Вождю. Помните характерное «Мы говорим партия – подразумеваем Ленин»? Вот и здесь точно такой же случай. Ясно, как Божий день, что, отстранив Нетаниягу, Ликуд с легкостью удержал бы власть в Стране. Более того: если бы Вождь ушел в отставку прямо сегодня, уже назавтра в Кнессете возникла бы динамика быстрого возвращения Ликуда и правых партий к руководству Страной. Но эта простая логика чужда женственной массе, ибо на первом месте для нее стоят не интересы семьи, партии, страны, а только и исключительно благо Вождя. Чудовищно, не правда ли?

Конечно, эта крайне нездоровая атмосфера вождизма возникла в Стране еще до Нетаниягу, хотя нельзя не признать, что сегодня она в первую очередь ассоциируется именно с ним. Забавно, что при этом женственная ликудная масса с гордостью именует свою выродившуюся в придаток Вождя партию «самой демократической» в израильской системе. Что ж, тогда и Северная Корея – демократия: там тоже «выбирают»…

Впрочем, отголоски того же отравленного культом личностей подхода отчетливо слышны и в речах других говорящих голов, никак не связанных с Нетаниягу, а зачастую и враждебных ему. Вполне, вроде бы, разумные журналисты, историки и профессиональные зубры СМИ на голубом глазу вещают о необходимости «ливнот манхигут» (выстроить лидерство) или со вздохом отмечают, что, скажем, Имярек или Плони «еще не вождь». А должен быть вождем? Эй, господа, вы откуда, вообще, взялись, такие трепетные? Из Москвы 30-х? Из Пекина 60-х? Из Пхеньяна 80-х? Подобный подход – порождение все той же женственной массы, в принципе не мыслящей себя без Штанов-со-складкою.

Стране не нужны вожди; Стране нужны эффективные администраторы. ЦАХАЛу не нужны вожди, заранее примеряющие костюмы политиков; ЦАХАЛу нужны генералы, способные хотя бы на треть уменьшить число катастрофических просчетов Генштаба, которыми отмечены все без исключения военные кампании Израиля. Я предпочел бы вовсе не знать имен премьера и министров правительства. Когда-то ведь хранили в секрете личности директоров ШАБАКа и Мосада? Хранили – и ничего, как-то справлялись, причем неплохо.

На хрена мне вообще сдался пофамильный состав избирательного списка той или иной партии? Я голосую за программу, я учитываю предыдущий опыт политики этой партии. Помимо этого, мне абсолютно по барабану, кто конкретно стоит там на первом, а кто на тридесятом месте. Харизма-шмаризма, манхигут-шманхигут, штаны-со-складкой, юбка-плиссе… – кому эта муть вообще должна быть интересна?

Бибисты злорадно пугают меня: Беннет, мол, кончился как политик. Ой-вэй… прям вот сейчас изменюсь лицом и побегу топиться в пруду! Да с чего вы вообще взяли, что меня хоть как-то волнует личная судьба Политика Б или Политика Н? Только потому, что вы сами такие? Так я совсем другой, граждане бибисты. Я искренне желаю всем этим А, Б, В, Г, Д… – вплоть до самого Я крепкого здоровья и большого человеческого счастья, но в области политики меня интересует только и исключительно благо Страны.

Благо Страны, окей? Только благо Страны.

Ну, кончился Б как политик – и кончился, придет новый, ничего страшного. Повторяю: Стране не нужны вожди, нужны администраторы – толковые, работоспособные, с ясной программой и умением реализовывать намеченное. А Штаны-со-складкою можете смело отправить в чистку. Или, что еще лучше, в утиль. Для наполнения кресла премьера вполне достаточно рабочих джинсов на безымянной заднице.
foto

Свастика под трилистником

Прочитал о некой ирландской литераторше, которая запретила переводить на иврит и, соответственно, издавать в Израиле свой модный роман-бестселлер – из соображений поддержки движения BDS и во имя «справедливой борьбы… и т.д.». Что и говорить, потеря невосполнимая. Но, с другой стороны, удивляться нечему: нынешний антисемитизм давно уже приобрел форму антиисраэлизма. А ирландцы всегда отличались крайней юдофобией – тем более поразительной, что евреи на острове селились лишь эпизодически и в малых количествах (даже на пике, перед Первой мировой, их было всего лишь от 3 до 4 тысяч).

Зато к нацистам и Гитлеру население острова испытывало нескрываемую симпатию – причем, как до начала Второй мировой войны, так и во время ее. В тяжкие годы «блица», когда на Лондон обрушивались тонны немецких бомб, правительство Ирландии во главе с Эймоном де-Валерой придерживалось злорадной политики враждебного нейтралитета. Враждебного, конечно, не к Германии, а к Британии, да и то лишь на внешнем, официальном уровне. Неофициальные контакты осуществлялись при посредстве ИРА (Ирландской Республиканской армии), чей представитель Стивен Хелд в 1940 году посетил Берлин с предложением о военном союзе.

Согласно недавно опубликованному меморандуму британской разведки MI-5 от 1943 года, в мае 1940-го в Дублин для обсуждения конкретных деталей прибыл представитель вермахта Герман Герц. Конкретика включала ирландскую помощь для вторжения вермахта в Британию; ИРА обещала предоставить нацистам не только штурманские-лоцманские услуги, но и 5000 бойцов. Эти планы были сорваны лишь своевременным вмешательством английского спецназа, решившегося на проведение операции в центре «нейтральной» ирландской столицы.

Герцу удалось скрыться. Но дальше – больше: на связь с ним вышел уже сам генерал-майор Макнилл – официальный представитель Генштаба Республики Ирландия и по совместительству убежденный фашист. Теперь уже речь шла о союзе вермахта не с полулегальной милицией ИРА, но с вооруженными силами «нейтральной» страны. И опять вовремя сработала MI-5, арестовавшая Герца в разгар переговоров.

Контакты на уровне лидеров германского и ирландского нацизма пользовались на острове широкой народной поддержкой. Там еще и до сих пор находят выложенные на земле белыми камнями огромные надписи, адресованные германским пилотам, дабы, господи-джезусе упаси, не потеряли ориентацию по дороге к Лондону. До сих пор таких «стоунхенджей» обнаружено около восьмидесяти (!).

А уж поражение Германии было воспринято в Ирландии и вовсе как национальная трагедия. Тут ирландские нацисты из отрядов несостоявшегося вторжения полностью солидаризировались с исламскими нацистами из дивизии Ваффен СС «Ханджар», а их премьер Эймон аль-Валера – с иерусалимским муфтием Хадж-Амином де-Хусейни. Возможно, я перепутал, куда тут ставить «аль-», а куда «де-», но принципиальной разницы в данном контексте нет.

Официальное правительственное сообщение, опубликованное в дублинских газетах под заголовком «Смерть герра Гитлера», приносило издыхающему (пока еще только в Германии) нацизму искренние соболезнования от имени премьер-министра де-Валеры и секретаря по иностранным делам мистера Вальша и сообщало, что «флаг со свастикой в Германском посольстве на улице Нортумберленд, 58 был приспущен до середины флагштока». В заметке также отмечалось, что немецкий дипломат сообщил репортеру «Айриш таймс», что посольство получает многочисленные звонки от граждан с выражением скорби и сочувствия.

Такова Ирландия, друзья, – была, есть и будет. И я советую вам вспомнить об этом, когда вы переступаете порог «ирландского бара», где бы он ни находился – в Бостоне, Лондоне, Иерусалиме или, тем более, в нацистском Дублине. Знайте: беря в руки кружку с «Гиннесом» или стаканчик с «Джеймисоном», вы собираете хлебать нацистское пойло. Покупая билеты «туда-блин», вы едете прямиком в заповедник нацизма. Присмотритесь получше к тамошним зеленым полям: на самом деле они коричневые. И пусть вас не обманывает невинная форма ирландского трилистника: под каждым его лепестком сидит ядовитый паук свастики. Некогда его приспустили «до середины флагштока», но сейчас он давно уже гордо реет в нацистском небе антисемитского острова. Не езжайте туда. Не надо. Пусть задавятся своей подлой злобой.



Товарищеский матч и сердечные друзья: Гитлер и де-Валера. Обмен молодежными делегациями между юными ирландцами и гитлерюгендом продолжался вплоть до начала войны.



Соболезнования по случаю кончины фюрера.



Современная BDS-наци, сэкономившая нам тошноту от чтения ее модных писаний на иврите.



Эта надпись со времени войны заросла, а потому была обнаружена лишь 3 года назад после лесного пожара.
foto

Потепление планеты Враньё

Профессор Фредерик Зейтц, скончавшийся в 2008-ом в возрасте 96 лет, был одним из выдающихся ученых современности, пионером в области физики твердого тела и ключевой фигурой американской науки в целом. Перечисление его научных заслуг и постов заняло бы целую страницу, поэтому ограничусь лишь самыми-самыми: Президент Национальной Академии наук США, Президент Рокфеллеровского университета (Нью-Йорк), профессор университетов Иллинойса и Карнеги-Меллона, председатель ученых советов Американского Института физики и Американского Физического общества, лауреат престижнейших наград и премий.

Правда, среди них нет главной – Нобелевской, что вполне объяснимо, учитывая политические убеждения Зейтца: он до конца своих дней оставался убежденным антикоммунистом, чем ужасно раздражал набирающих (а затем и набравших) силу прогрессистов с левого, невежественно-агрессивного фланга науки. Свои последние годы профессор посвятил борьбе с дикими фантазиями леваков о якобы решающем влиянии на изменения климата Земли со стороны т.н. «антропогенного фактора», то есть продуцируемого человеком выброса в атмосферу углерода и связанного с этим «парникового эффекта».

Вопиющая антинаучность алармистских завываний о недопустимости углеводородной энергетики и разведения коров, которые, пардон, вредительски испускают газы, грозящие в итоге полным затоплением Нью-Йорку, Лондону и Петербургу, давно уже никого не поражает. Агрессивные нападки на тех, кто осмеливается сказать слово поперек этой фантастической чуши, стали правилом, отчего даже самые здравомыслящие обыватели засомневались: а ну как и впрямь?

Наряду с двуокисью углерода в воздух планеты выбрасываются миллионы тонн угроз, ругани, дезинформации и фальшивых страшилок. Климат и в самом деле изменился – теперь над нами нависла атмосфера запугивания и тоталитарного закручивания гаек. Сотни тысяч прикормленных выпускников факультетов болтологии и курсов хреномути ежедневно строчат и публикуют миллиарды строчек, в которых содержатся лишь три вида информации: ложь, кривда и вранье. Зачем это прогрессистам, спросите вы? Да все затем же, друзья: ради разрушения «прежнего» мира.

Крестовый поход левых гуннов против человечества наступает тремя колоннами, каждая из которых дополняет другие.
Первая колонна – подрыв традиционных ценностей: семьи, религии, патриотизма, привязанности к родным местам, уважения к сложившейся культуре.
Вторая колонна – наводнение стран Запада деклассированными мигрантами, пестование черного нацизма (BLM, «антирасизм» и проч.), исламского джихада, антисемитизма и анархизма (Антифа и подобные им штурмовые отряды), организация бунтов, кастрация полиции и в результате – создание т.н. «революционной ситуации», а проще говоря – общественного хаоса.
Третья колонна – подрыв экономической основы здорового капитализма: удушающие чиновничьи регуляции «дип стейта», судебные запреты, граничащие с диверсиями, и, наконец, затаптывание мировой энергетики – основы кровеносной системы современного общества. «Борьба с потеплением» – центральная часть этого участка фронта.

Пусть у вас не будет никаких сомнений: прогрессисты сражаются не с изменениями климата; их конечная цель – разрушение мировой экономики и общества в целом. Их идеологи стремятся загнать в ГУЛАГ и Аушвиц если не вас, то уж точно ваших внуков. Собственно, это даже не скрывается.
«Вы действительно думаете об этом как о климатическом проекте? – заявил Саикат Чакрабарти, один из главных идеологов Green New Deal. – Потому что для нас это проект полного изменения экономической системы…»
Иными словами, климат тут не при чем, господа. У гуннов и вандалов, видите ли, «проект»… Сопротивление этой разрушительной лавине постепенно превращается в личное дело каждого честного человека доброй воли.

Покойный профессор Фредерик Зейтц был одним из таких людей.
«Не существует убедительных научных доказательств того, что антропогенный выброс углекислого газа, метана или других парниковых газов вызывает или может в обозримом будущем вызвать катастрофическое нагревание атмосферы Земли и разрушение её климата, – написал он после досконального изучения вопроса. – Более того, имеются существенные научные доказательства того, что увеличение содержания углекислого газа в атмосфере оказывает множество благоприятных эффектов на природную среду обитания растений и животных на Земле».

Но ни высочайший научный авторитет Зейтца, ни организованная им петиция американских ученых и инженеров не смогли перекрыть слитного воя сотен тысяч злонамеренных лжецов, пустоголовых болтунов и грязных политиканов, без мыла лезущих своими восставшими из мира концлагерей идеологиями в измученную прямую кишку Западной цивилизации. И их слушают! Их слушают, хотя любому школьнику должно быть ясно, что углерод – пища для растений, лесов, лугов, хлебных, рисовых и кукурузных полей, пища для жизни. По именно это и напрягает гуннов: ведь они пришли не кормить, а убивать цивилизацию.

Любые СЕРЬЕЗНЫЕ научные исследования, не зависимые от прогрессистских политруков, не оставляют камня на камне от разговоров об антропогенном «парниковом эффекте» как причине для перемены климата. Согласно физической теории климата Земли, температура тропосферы (нижнего слоя атмосферы) и земной поверхности зависит, по крайней мере, от семи основных факторов (в порядке уменьшения значимости): светимости Солнца, давления атмосферы, отражательной способности Земли (альбедо), угла прецессии оси вращения Земли, теплоемкости воздуха, влажности и поглощения парниковыми газами теплового излучения Солнца и Земли.

При этом последний фактор на климат практически не влияет, ибо, опять же, согласно элементарной физике, теплые парниковые газы не зависают над нашей головой, оцепенев от страха перед левыми политруками, а поднимаются вверх, сменяясь холодными массами из стратосферы. В итоге средние значения температур остаются прежними. А что касается содержания углерода в атмосфере, то оно является не причиной (как вопят алармисты), но, напротив, следствием климатических перемен. Об этом неопровержимо свидетельствуют данные, полученные при анализе древних ледовых слоев Антарктиды.

Бурение этих льдов учеными Института Океанологии РАН позволило установить прямую корреляцию между изменением температуры мирового океана и содержанием в атмосфере углекислого газа на протяжении сотен тысяч лет. Причем, очередность этих явлений тоже в корне противоречит антинаучному вою алармистов: сначала меняется температура океана – и лишь затем, три-четыре века спустя, происходят соответствующие изменения давления углекислого газа в атмосфере. Сразу скажу, что не вижу оснований верить данным Института Океанологии меньше, чем подмятой прогрессистскими идеологами «науке» западных климатологов или, того пуще, книжонке Нобелевского лауреата в области лжи Альберта Гора, которая и дала толчок нынешнему безумию.

В эти дни в Глазго собирается очередная совместная сессия, где ведущие мировые политики забили стрелку с ведущими шарлатанами, которые вырастили себе неслабые деньги и должности в парниках вымышленной угрозы «парникового эффекта». Специально к этому событию на всех телеэкранах демонстрируют идиотскую видеоигру под названием «Так будет выглядеть Манхеттен (Амстердам, Барселона, Марсель, Токио, Шанхай, Петербург… - подставьте по вкусу), когда его затопят воды Мирового океана всего лишь через N лет». Насчет значения N есть некоторые разногласия. Борзописец с одного канала утверждает, что N=400; записной враль с другого обещает, что питерский Медный Всадник утонет к 2100-му году (т.е. N=70); зато третий лгунишка, ничтоже сумняшеся, уменьшает число N аж до 40. Разброс на порядок…

Откуда цифиря? – знамо дело, прямиком с потолка. Зато картинка чудо как хороша: Бродвей по пояс в океане, песчаные замки Гауди оплывают в воде, а Венеции так и вовсе не видать. Влиятельные обозреватели и ведущие милостиво лыбятся и поддакивают этой чудовищной байде без малейшего смущения. Поразительная картина мира запуганных идиотов… До затопления водой пока еще не дошло, зато во лжи человечество почти уже утонуло.

«Эй, ребята! – кричат из Антарктиды ученые. – По нашим данным, масса снега и льда на этом континенте не только не уменьшается, но показывает стойкую тенденцию к увеличению! А если ориентироваться на данные шестидесятилетних солнечных циклов, климат сейчас начал меняться как раз в сторону похолодания! Вот цифры, смотрите! Прошлогодняя зима была холодней позапрошлой, а морозы наступающей будут еще круче! Winter is coming! Слышите?!»

Нет, не слышат... Антарктида и Глазго находятся, похоже, на разных планетах. Первая – населенная реальными людьми реальная планета Земля, вращающаяся вокруг реального Солнца. Вторая – населенная левыми гоблинами и опутанная дрянной прогрессистской идеологией планета Вранье, вращающаяся вокруг ГУЛАГа и очередного, пока еще безымянного, Солнца народов…

Ау, Джон Галт, где ты?
foto

Привкус нацизма в знакомой каше

Два месяца тому назад технологический гигант Google провел т.н. «треннинг», то есть серию обязательных лекций для работников по теме «антирасизм». Об этом сообщила статья нью-йоркского «Сити-Джорнал». Гвоздем программы стала беседа темнокожей директрисы всесильной корпорации Шеррис Торрес с идеологом антирасистского движения, еще более темнокожим профессором Ибрамом Х. Кенди.

«Родиться в Штатах означает вырасти расистом, - сказал профессор, - что означает фанатичную приверженность расистским убеждениям. Цвета различают даже младенцы – уже в возрасте от трех до шести месяцев они начинают понимать, что такое цвет и что такое раса. Американцы должны признать свою расистскую сущность и реагировать на это так, как бы они реагировали на серьезное заболевание. Само отрицание чьей-либо приверженности к расизму является еще одним доказательством того, что отрицающий – расист. Американцы обязаны прекратить отрицание своего собственного расизма и расизма этой страны. Это критически важный шаг».

По завершении «треннинга» корпорация распространила внутренний документ «Ресурсы Антирасизма», содержащий детальные разъяснения, графики и специальные упражнения по выработке «антирасистской сознательности». Похоже, теперь всем трехмесячным расистам, а также их более взрослым (по годам, хотя и не по разуму) соотечественникам, предстоит суровое перевоспитание. Такого гипер-радикализма не позволяли себе даже Мао и Полпот: они все же перевоспитывали преимущественно половозрелых. Правда, там за «треннингом» и ресурсными цитатниками частенько следовал удар мотыгой по голове, но дайте срок: Google, как известно, находит всё, отыщет и мотыгу.

С тех пор подавленная расистской дискриминацией темнокожая директриса Торрес сменила место работы. Теперь она вынуждена удовольствоваться должностью вице-президента занюханной малоизвестной фирмочки под названием Facebook, что наверняка не помешает ей внедрять перевоспитание и там. Ну и ладно, оставим ее до поры до времени. А вот что касается «профессора» Ибрама Кенди (урожденного Генри Роджерса), то с ним следует познакомиться поближе, ведь речь идет о главном знаменосце современного черного нацизма.

Слово «профессор» взято мною в кавычки, ибо мое консервативное воспитание никак не может признать наукой дисциплину, называемую «African-American studies». Даже развитая теория скручивания джойнта и расфасовывания порошка по пакетикам на науку, по-моему, не тянет. Правда, американская система высшего образования со мною не согласна в корне, и ее можно понять.

Если чертовы трехмесячные расисты и их более взрослые (по годам, хотя и не по разуму) папы-мамы-деды-бабы не в состоянии обеспечить своих черных «перевоспитателей» докторскими и профессорскими званиями в области математики, физики, химии, технологии и проч. (просто потому, что там НАДО УЧИТЬСЯ, к чему «перевоспитатели», видимо, неспособны), то отчего бы не придумать для них специальную политкорректную «науку», в которой они смогут стремительно продвигаться к замершим от восторга академическим вершинам (поскольку в этой «науке» как раз УЧИТЬСЯ НЕ НАДО, а надо гнать туфту, в чем «перевоспитатели» съели если не собаку, то по крайней мере, килограмм метамфетамина)…

И вот некогда славные университеты Америки стали год за годом выбрасывать на панель тысячи не попавших в фут-, баскет- и бейц-бол изготовителей туфты в званиях бакалавров (то есть тех, которые так и не научились читать ничего, кроме ценников), докторов (читают то ли с горем, то ли с гером пополам, зато хорошо выступают на митингах) и профессоров (эти не только читают и выступают, но еще и пишут). Сейчас их набралось то ли сто, то ли двести тысяч. Что делать со всей этой супер-пупер-образованной массой «ученых», не знал до последнего времени никто. Пока не пришли двое: великомученик Джордж Флойд и пророк «антирасизма» Ибрам Кенди.

Сын уроженцев Ямайки, Кенди получил свои ученые степени в вышеупомянутой дисциплине, неопровержимо доказывая, что белые супремасисты Платон, Ньютон и Вашингтон, а также Шекспир, Пастер и Эйнштейн украли всю т.н. «белую» философию, науку, технологию, литературу и искусство у своих угнетенных слуг африканского происхождения, и теперь обязаны не только признать этот факт, но и вернуть награбленное – то есть вообще всё, что только видит глаз. Сама по себе эта песня отнюдь не нова, но Кенди внес в нее принципиально новую ноту: теорию «антирасизма».

Дело в том, что многие добросердечные люди на Западе полагали, что их черные соседи желают «быть как все». Что добросердечный черный, как и добросердечный белый, хотел бы, чтобы цвет кожи стал абсолютно незначимым, нерелевантным, неразличимым признаком. Что межрасовые трения немедленно прекратятся, как только люди перестанут отмечать (пусть и только мысленно, про себя): «Этот человек черный… Этот человек белый… - и т.д.». Ошибка, друзья! Трагическая ошибка! И после-флойдовские события вкупе с теоретическими «находками» Ибрама Кенди ярко продемонстрировали всю глубину этой ошибки.

Черные вовсе не желают «быть как все». Они хотят другого: остаться черными, но получить при этом верховенство над белыми – со всеми вытекающими материальными преимуществами и благами в придачу. Им не нужна «исправляющая дискриминация» при приеме на работу (потому что на работе требуется РАБОТАТЬ!) или в университет (потому что в университете требуется УЧИТЬСЯ!). Они хотят получить все желаемое, не работая и не учась – просто прийти и взять, как принадлежащее им ПО ЗАКОНУ. В этом – подоплека повальных грабежей супермаркетов и моллов, которые достигли пика в прошлом году, но продолжаются и по сей день.

Отсюда и главный тезис «профессора» Кенди, сформулированный им в книгах «Проштампованные с самого начала» и «Как быть антирасистом»: недостаточно сказать «я не расист» и на этом успокоиться – даже если это чистая правда, и сказавший ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не различает цветов. Ты белый – значит, ты расист, и отказ признать этот факт делает тебя еще большим расистом! Твой ЕДИНСТВЕННЫЙ выход из этого тупика – стать антирасистом, то есть принять на себя изготовленный «антирасистским движением» кодекс поведения. А именно: униженно просить прощения за грехи белого супрематизма и вместе с черными требовать радикального передела общественных благ.

Еще раз: речи не идет о выплате каждому нынешнему черному денежной компенсации за рабство его далеких предков. Ха! Добросердечные белые наивняки думали отделаться такой малостью… Нет, господа. Речь идет именно о глобальном переделе общества, в результате которого черные перейдут в статус господствующей верховной расы. Если это не нацизм, то что такое нацизм?

Как восприняло откровения пророка Кенди американское общество, давно уже подмятое пятой прогрессистов? Квалифицировало их как современный гитлеризм? Высмеяло в саркастических комедийных ток-шоу? Подвергло шутовского «профессора» заслуженному остракизму? Как бы не так… Книги нацистского «ученого» объявлены бестселлерами и получают национальные книжные награды; ведущие университеты (Гарвард, Бостон, Флорида, Нью-Йорк) наперебой предлагают ему профессорские кафедры; он – автор колонок в престижнейших изданиях и желанный гость на авторитетнейших конференциях; его следующую нацистскую книжонку ждут, затаив дыхание.

Почему? - спросите вы. Ответ ясен: сформулированный «профессором» принцип превосходно ложится в стандартный левый нарратив (так же, как нацизм и фашизм превосходно ложатся в теорию социализмов и марксизмов всех мастей). Смотрите, как такая же логика исчерпывающе точно описывает другие модные темы грядущего прогрессивистского передела. Просто подставьте вместо «расы», скажем, «гомосексуализм» и вы получите идентичную картину.

Выглядит это примерно так: все стрейты должны признать свою гомофобную сущность и реагировать на это так, как бы они реагировали на серьезное заболевание. Само отрицание чьего-либо гомофобства является еще одним доказательством того, что отрицающий – гомофоб. Стрейты обязаны прекратить отрицание своего гомофобства и гомофобства своей страны. Недостаточно просто сказать «я не гомофоб и мне абсолютно все равно, чем люди занимаются у себя в спальне». Есть лишь две группы людей: гомофобы и антигомофобы. Поэтому ты обязан бороться за однополые браки, за проституирование живых инкубаторов и повсеместные гей-парады, а также активно участвовать в ЛГБТ-мероприятиях и соответственно воспитывать своих детей.

Уловили точно ту же риторику? Теперь - уже самостоятельно – подставьте в эту готовую инструкцию марширующего фашизма другие переменные: кастрацию энергетики, экспансию ислама, фальшивую «правозащиту», пугало «колониализма», пугало «сионизма», пугало «капитализма», оплеванный «патриотизм», разрушение семьи… - и далее по вкусу. Рецепт работает повсюду – и повсюду он работает на передел, вернее – на разрушение общества. Полуграмотный «профессор» Кенди всего лишь добавил в эту готовую анархо-социалистическую кашу родственный ей привкус нацизма, и потому пришелся как нельзя кстати.

Ау, Джон Галт, где ты?
foto

Ту би о нот ту би

В тоталитарном монстре под названием СССР наука была либо «прогрессивной», либо «реакционной», но ни в коем случае не «нейтральной». К примеру, ученый-генетик не мог отделаться простым заверением: «я НЕ реакционер». Его непременно обязывали 1) публично заклеймить «реакционных вейсманистов-морганистов» и 2) принести клятву верности сочинениям «прогрессивного мичуринца» Трофима Лысенко. В противном случае человека изгоняли с работы, а могли и, что называется, упечь «куда надо».

О, с какой завистью смотрели советские ученые за бугор, где наука была просто наукой – без вышеупомянутых эпитетов. Туда, где мерилом научного успеха были не «верность идеям партии», а глубина исследования, точность доказательства, способность противостоять придирчивой критике коллег-конкурентов. Понятно, что в таких условиях «прогрессивным» советским ученым оставалось лишь глотать пыль из-под колес научного прогресса, уносящегося все дальше и дальше от «самого передового общества». Правда, помимо пыли, глотали еще и плоды шпионажа, то и дело похищаемые из щедрых западных садов «бойцами невидимого фронта», – тем до поры до времени и выезжали.

А еще можно было пойти в спецхран Публички, где выдавались научные журналы мира, отделенного от нас колючей соцлагерной проволокой. Журналов было много – хороших и разных, но среди всех вздымалась на недосягаемую научную высоту двуглавая, как нынешний герб, вершина: Nature и Science. Опубликовать статью в одном из двух этих китов авторитетности всегда было (и пока еще остается) заветной мечтой любого ученого. Десятки тысяч достойнейших профессоров и исследователей завершали свою карьеру, так и не приблизившись к этой цели даже на пушечный выстрел.

Помните анекдот, как скрипач объясняет чекисту, что для него значит сыграть в Карнеги-холле на скрипке Страдивари: «Это как тебе застрелить директора ЦРУ из пистолета Дзержинского…» Так вот, напечататься в Nature или в Science намного-намного круче. Чтобы вы оценили разницу: авторитет научного журнала отражается т.н. «импакт-фактором». Журнал считается приличным, когда этот показатель где-то между 5 и 10. Хороший специализированный журнал – 10-12. Журналы, явно лидирующие в своей области (скажем, Microbiology Journal) – таких в мире примерно дюжина – колеблются вокруг 30. У Nature – журнала, публикующего статьи по всему фронту науки, импакт-фактор в настоящий момент равен 43. Сорока трем!

До недавнего времени там печатали действительно лишь статьи оглушительной важности, прошедшие многоступенчатый отбор, критику группы лучших специалистов, возвраты на правку, придирчивую редакцию и проч. Напечатался в Nature – сделал первый шаг к Нобелевской премии, никак не меньше. Но что печатают в Nature сейчас? А вот, полюбуйтесь: “Diversity in science: next steps for research group leaders”. При этом под «разнообразием в науке» имеется в виду отнюдь не широкий спектр научных мнений, а напротив, выстраивание по строгому идеологическому ранжиру.

По какому именно? Об этом повествует другая статья, также попавшая на страницы самого авторитетного в мире научного журнала: “Students of colour views on racial equity in environmental sustainability” (Взгляды цветных студентов на роль расовой справедливости в устойчивости окружающей среды). По утверждению авторов этой статьи (и длинного ряда других аналогичных «исследований» современных мичуринцев), будущее мировой науки и цивилизации в целом отныне критическим образом зависит от числа черных профессоров. People of Color (авторы пользуются сокращением POC – в русской транскрипции «ПОЦ») и, в особенности, BIPOC (Black and Indigenous People of Color – черные и туземные ПОЦы, в русской транскрипции «БИ ПОЦ») представлены преступно мало среди PI (Primary Investigators – руководителей лабораторий) в области STEM (Science, Engineering, Technology and Mathematics), что позволяет определить их как URM (Underrepresented Minority Group).

Один из авторов этой выдающейся научной работы по имени V. Bala Chaudhary не поленился составить и опубликовать на сайте Nature в университете Беркли инструкцию под названием «10 простых правил для создания антирасистской лаборатории». Если совсем коротко, то отныне все научные лаборатории Запада обязаны набирать как можно больше ПОЦев (используя вышеупомянутые аббревиатуры). Предполагаю, что вскоре будет пересмотрено и написание знаменитого гамлетовского «To be or not to be?». Скорее всего, скажут нам, Шекспир имел в виду иной, хотя и аналогично звучащий вопрос: «Two BI or not two BI?», имея в виду, что на каждого чересчур белого PI должно быть как минимум два BI (то есть два Black and Indigenous ПОЦа). И мы поверим, потому как не поверивших выгонят с работы, а то и упекут «куда надо».

Повторяю, друзья: речь идет не о колхозной газете «Путь Ильича». Эти статьи и инструкции составлены и опубликованы в САМОМ-ПРЕСАМОМ авторитетном НАУЧНОМ журнале Запада. Среди прочего ученый автор инструкции пишет:

«Построение антирасистской лаборатории сильно отличается от построения лаборатории, которая просто избегает расизма. Обычный отказ от расизма или простое заявление, что чья-либо лаборатория «не расистская», предполагает нейтральную позицию в борьбе, которая в принципе не может быть нейтральной. Как пишет ученый Ibram X. Kendi: “Человек либо допускает сохранение расового неравенства и тогда он расист, либо борется с расовым неравенством и тогда он антирасист. Между двумя этими состояниями не существует промежуточного безопасного убежища “не-расист”».

Те, кто не поверил в точность моего перевода или в наличие самой инструкции, может пройти по ссылке и убедиться.
Скажите, мне только кажется, что перед нами снова то же самое тоталитарное «либо-либо», сгубившее советскую науку, литературу, искусство и самую жизнь? Либо «прогрессивный», либо «реакционный». Либо «расист», либо «антирасист». Two BI or пинок под зад. Промежуточного состояния попросту не существует. Встань в строй и отдай честь – причем, отдай раз навсегда и без остатка. Потому что как раз «честь» и «бесчестие» в самом деле не подразумевают промежутка.

Неужто конец, друзья? Неужто они так и подомнут под себя мир, цивилизацию, науку, историю, искусство? Неужто не будет сопротивления? Ау, Джон Галт, где ты?!
foto

Предваряющее объявление

Я заканчиваю роман, который планирую опубликовать (сначала у себя на сайте) ближе к концу этого месяца. Называется "Четыре овцы у ручья". Предполагаю, что он может возмутить многих. И хотя то же самое можно сказать примерно обо всех моих книгах, тут дело обстоит несколько иначе: затронуты святые персоны – великие каббалисты и цадики (рабби Акива, Рашби, Аризаль, рабби Нахман из Бреслева и другие).

Поэтому сразу предупреждаю читателей, что перед ними не историческое исследование и не «житие святых», но мое личное, сугубо частное мнение, с которым вовсе не обязательно соглашаться. На первый взгляд, повествование здесь ведется от имени разных персон, хотя и от первого лица. Но это не так: во всех без исключения главах говорит один и тот же человек – вернее, одна и та же душа – живая, страдающая, постигающая мир и путешествующая по нему в пространстве и времени к последнему великому пределу, который и есть беспредельность.
foto

Кушнер - пародия

Знаю, что у поэта Александра Кушнера много поклонников. Я к их числу не принадлежу, и, когда его стихи случайно попадаются мне на глаза, расстаюсь с ними без малейшего сожаления. Но с его недавним стихотворением в свежем номере журнала "Урал" быстро расстаться не удалось, поскольку оно само просится на пародию.

Печальный этот мир запечатлеть в стихах,
Где станет он чуть-чуть светлей и веселее,
Тем более что был он создан впопыхах,
Согласно книге книг — сомнительной затее,
Тем более, увы, что к слову «хорошо»,
Которым второпях одобрено всё это,
Есть рифма в языке всего одна: свежо,
И никакой другой — для русского поэта.

Не потому ль и жизнь в России нелегка?
И надо сильным быть и очень постараться,
Чтоб горести ее и белые снега
Принять, преобразить в стихах и не бояться.
Пускай метель метет, желанна и она,
И слово «кровь» пускай рифмуется с любовью,
Кого и где еще так радует весна?
И почему б не звать Полиною Прасковью?
(А. Кушнер)

ПАРОДИЯ
Как Кушнер объяснил, у них там «Второпях»
зовут отца в избе, а также мир одобрен,
но этот мир, увы, пока не русопят,
и русским языком ни капли не удобрен.
Ну шо б тому Творцу не крикнуть «хара-шо»?
А то всё: «тов» и «тов» – да мыслимо ли это?
У «хары» рифма есть всего одна: «свежо»,
И никакой другой – для русского поэта.

Не потому ль и жизнь в России нелегка?
Как «хару» ни пристрой – сплошные нескладушки.
Насколько лучше бы курчавилась строка,
когда б Моше Рабейну звали просто «Пушкин».
Иль «Кушнер». Он, еврей, русее всех в стихах
и, наплевав на «тов», рифмует «кровь» с «любовью»,
хоть сам-то, видит Бог, был создан «впопыхах»,
и, может, потому талдычит про Прасковью.
foto

О долге

В продолжение темы долга антисемитской Европы перед моим народом.
Меня иногда спрашивают: когда ты перестанешь талдычить об этом? Сколько можно? Вон, смотри: те повинились, эти поставили памятник; те сажают в тюрьму за отрицание Холокоста, эти открыли музей; те заплатили миллиарды репараций, эти восстановили синагоги для заезжих туристов и раз в месяц реставрируют на старых еврейских кладбищах поваленные надгробья (которыми еще не успели замостить тротуары).

В общем, доколе? Неужто этот долг настолько велик, что его не оплатить никогда?

Отчего же, друзья, не все так безнадежно. Долг и в самом деле огромен, и отнюдь не ограничивается Катастрофой. Помимо этого он включает в себя еще и такие памятные события, как Йоркская резня и Прирейнский геноцид, кровавые наветы, уничтожение еврейских общин во времена Крестовых походов, грабежи и изгнания из Англии, Франции, Испании, Португалии и Германских земель, насильственные крещения, жутчайшие злодеяния казаков Хмельницкого и гайдамаков Гонты-Зализняка, погромы в Российской империи, ужасы Гражданской войны и еще много-много чего. Немало, правда ведь? Это и в самом деле очень плохие новости. Но есть и хорошие. Весь этот неподъемный долг можно выплатить, и я даже скажу вам - как.

Примите гиюр - всей вашей антисемитской Европой. Сделайтесь евреями - все, поголовно. Согласитесь, в этом есть, по крайней мере, историческая логика: ведь если бы не перечисленные выше "шалости" ваших предков, евреи, с их высокой рождаемостью и любовью к детям, были бы сегодня самым многочисленным народом континента. Вот и восстановите справедливость. Не надо извиняться перед евреями - просто СТАНЬТЕ ими.

И тогда, уверяю вас, уже никто не предъявит вам счет за былые преступления. Напротив: долговые расписки окажутся в ваших, цепких и памятных еврейских руках.
foto

О Польше и польской правоте

В нынешнем скандале с принятым в Польше законом и последующим «полу-разрывом» дипотношений обращают на себя особое внимание голоса еврейских радетелей «польской правоты». Для тех, кто не читает по-польски, они звучат намного громче протестов, исходящих из Варшавы, Кракова, Лодзи и прочих мелких пригородов Аушвица, Треблинки, Хелмно, Майданека, Белжеца и Собибора (да простят меня вышеупомянутые радетели, но география Польши ассоциируется в моем сознании прежде всего с этими шестью топонимами).

Возражая своим оппонентам, защитники польского гонора приводят четыре аргумента – к ним, собственно, споры и сводятся.
1) Польше вообще не за что извиняться – поляки сами являются жертвами, потерявшими миллионы убитыми и замученными. Напротив, у них столько-то тысяч «праведников народов мира», никакого антисемитизма там не было и нет, а если и был, то крайне незначительный, еврейского внимания не стоящий.
2) Настаивать на реституциях (возмещении ущерба, причиненного во время ВМВ) в наше время абсолютно бессмысленно ввиду целого ряда необратимых изменений в законодательстве, владении, перестройках и проч.
3) Почему привязались именно к Польше, ведь многие (пардон, почти все) были ничуть не лучше, а местами намного хуже?
4) Лучше «быть умным, а не правым», исполнять известный раввинский завет времен галута (не серди гоя) и не ссориться с большой восточноевропейской страной, которая аж несколько раз НЕ поддержала антиизраильские резолюции органов Европейского Сообщества.

Позвольте ответить по пунктам.

1) На первое утверждение я просто не стану отвечать ввиду его дикости. Польский народный антисемитизм известен своей массовостью, жестокостью и длительной историей. Тем, кто намерен отрицать очевидное, не поможет ни чтение книг, ни просмотр фильмов, ни сетевые дискуссии. Всегда есть люди, которые полагают земной шар плоским. Они так и говорят: «Шар – плоский», и сбить их с этого утверждения невозможно в принципе. Так стоит ли стараться?

2) Не в реституциях дело. Нынешний польский закон – всего лишь звено в ряду других, принятых в недавние годы и направленных на отрицание ответственности поляков за Катастрофу (ответственности даже частичной – сотрудничеством с гестапо, поимкой и выдачей евреев, послевоенными погромами). Повторю еще раз: дело не в деньгах, дело в демонстративном отказе от ответственности.
Закон говорит: МЫ ПРОТИВ РЕСТИТУЦИЙ (с этой его частью у меня нет никаких проблем) ПОТОМУ ЧТО МЫ НЕ НЕСЕМ ОТВЕТСТВЕННОСТИ (а вот это весьма проблематично).

Почему Израиль НЕ МОЖЕТ НЕ ОТРЕАГИРОВАТЬ на этот закон – и отреагировать жестко? Вот вам аналогия. Вы знаете, что где-то есть подонок, который собирается наплевать на могилу вашего отца и осквернить имя вашей покойной матери. Коль скоро он делает это в тиши своей гадкой норы – черт с ним. Но когда он вылезает наружу, встает нос к носу с вами и открывает свой поганый рот, вы не можете не ответить. Ведь оставить гадость без ответа означает, что вы согласны, и это ваше согласие сквернит память о ваших родителях неизмеримо сильнее, чем все, что может сделать или сказать подонок.

То же самое и здесь. Израиль – вернее, каждый еврей – не имеет права соглашаться с демонстративным отрицанием польской ответственности за совершенные злодеяния. Ибо такое согласие означает узурпацию прав жертв Катастрофы. Они НЕ УПОЛНОМОЧИЛИ нас на такое согласие. Они заклеймили ту землю своим предсмертным проклятием, и мы не вправе сегодня выписывать кому бы то ни было индульгенцию от их имени.

3) Почему привязались именно к Польше, а не, скажем, к Литве или к Украине (Венгрии, Австрии, Бельгии, Голландии, Франции… и проч.)? По нескольким причинам. Во-первых, потому что именно в Польше сейчас принимаются вышеупомянутые законы – именно там, и более пока нигде. То есть именно поляки, встав с нами нос к носу, ВЫНУЖДАЮТ нас к ответной реакции. Во-вторых, потому что существование других преступников не освобождает от ответственности данного конкретного злодея. И, наконец, в-третьих: придет свой черед и другим - всем до единого. У евреев хорошая память.

Лучше всего об этом написал Натан Альтерман в своем стихотворении 1942 года.

В тот день, когда будет Суд, непохожий на все суды,
Страна под названьем Германия переполнится плеском воды.

Миллионы убийц, в предчувствии адских мук,
Побегут отмывать кровищу со своих заскорузлых рук.

Будут мылить, тереть и усердно скоблить ладонь,
И от страха потеть, и свою ненавидеть вонь.

Папа с мамой возьмут кувшин и польют сынку –
Палачу, садисту, насильнику, мяснику.

Будут с рук капать капли, капля капли святей –
В каждой капле жизнь – отцов, матерей, детей.

Будет в каждом германском доме капели плач,
Потому что в каждом германском доме сидит палач.

Здесь живёт писака – плотник духовных скреп,
Что нацистским бонзам руки лизал за хлеб.

А вот здесь – рабочий, классово-близкий друг.
Выходил под знаменем – красным, в центре – паук.

По соседству – химик, физик, стеклянный глаз.
Он создал пулемёт, эшафот, крематорий, газ.

Рядом скромный бюргер с сонмом детей, внучат,
Просто ждал – когда же награбленное вручат…

Будут в каждом доме руки мыть и тереть,
И дрожать от страха, и смертным потом потеть.

И услышав это, всполошится сосед-нейтрал,
Что ворота запер, и ключ подальше убрал.

Встрепенётся политик в своей кабинетной тиши –
Тот, кто вёл торговлю, когда надо было тушить.

И от малой конторки клерка до ватиканских вершин
Будет литься вода из кранов, будет звенеть кувшин.

Потому что в такие моменты не приходится выбирать:
Чем целую вечность мучиться, лучше вовсе кожу содрать…

А потом весь мир зарыдает, проклиная свой прошлый грех,
Потому что воды не хватит. Ни за что не хватит на всех.

4) Я сильно сомневаюсь, что Польша – именно тот случай, когда следует петь арии из оперы «Не серди гоя». В любом случае, принимая во внимание п.2 (ОБЯЗАТЕЛЬНОСТЬ ЖЕСТКОЙ РЕАКЦИИ), Израиль и евреи в целом могут отказаться от таковой лишь в чрезвычайных обстоятельствах. Примером тому может служить согласие Бен-Гуриона принять репарации от Германии. Как мы помним, это решение вызвало бурю протестов: люди отказывались брать «кровавые деньги» именно потому, что полагали это кощунством по отношению к погибшим. В то же время, положение в Стране было настолько аховым, что у БГ практически не было выбора.

Тогда – не было. Но сопоставима ли тогдашняя ситуация с нынешней? Ясно, что нет. Ну, проголосовали поляки разок-другой в пользу Израиля. И что с того? За эту малость мы должны позволять им плевать на наши святыни? Мы и в самом деле стараемся быть «умными, а не правыми» - и именно поэтому начали с крайне незначительной в смысле практической пользы Польши. Начали, чтобы показать остальным, что не собираемся утереться и промолчать. Но это, безусловно, только начало. «Потому что воды не хватит. Ни за что не хватит на всех». А точнее – не хватит никому.